Ты послушай ка карась
имя палкой перебрось
а потом руби направо
и не спрашивай зараз
то Володю то Серёжу
то верёвку павар
то ли куру молодую
то ли повора вора

Разбери который лучше
может цапаться за тучи
перемыгой серебром
девятнадцатым ребром
разворачивать корыто
у собачий конуры
где пупырыши нерыты
и колеблется Нарым

Там лежали Михаилы
вонючими шкурами
до полуночи хилые
а под утро Шурами

И в прошлую середу
откидывая зановеси
прохржему серому
едва показалися

сначало до плечика
румяного шарика
а после до клетчатых
штанишек ошпаривали

мне сказали на' ушко
что чудо явилося
и царица Матушка
сама удивилася:

ах как же это милые?
как же это можно?
я шла себе мимо
носила дрожжи

вошёл барабанщик
аршином в рост
его раненная щека
отвисала просто

он не слышет музыки
и нянин плач
на нём штаны узкие
и каленкоровый плащ
простите пожалуйсто
я покривил душой
сердце сжалося
я чужой

''— входит барабанщик небольшого роста —''

ах как же это можно?
я знал заранее
 — взял две ложки —
 — вы ИЗРАНЕНЫ.-

— ЗАНОВЕСЬ —

''собака ногу поднимает''

ради си ради си
солдат Евангелие понимает
только в Сирии только в Сирии

но даже в Сирию солдат не хочет
плюет пропоица куда то
и в Сирию бросает кочень
где так умны Солдаты

ему бы пеночки не слизывать
ему бы всё: «руби да бей»
да чтобы сёстры ходили с клизмами
да чтобы было сто рублей

солдат а солдат
сколькотебелет?
где твоя полатка?
и твой пистолет. —

кну'чу в при'хвостень кобыле
хоть бы куча
хоть бы мох
располуженной посуды
не полю не лужу
и в приподнятом бокале
покажу тебе ужо'!

Едет мама серафи'мом
на ослице прямо в тыл
покупает сарафаны
и персидскую тафту

''— солдат отворачивается и больше не хочет разговаривать —''

открылось дверце подкидное
запрятало пятнашку
сказало протопопу Ною:
 — позвольте пятку вашу —

я не дам пятку
шнельклопс
дуй в ягоду
шнельклопс

разрешите вам не поверить
я архимандрит
а вы протопоп
а то рассержусь
и от самой Твери
возьму да и проедусь по' полу

он рас-стегивает мундир
забикренивает папаху
и садится на ковёр
и свистит в четыре пальца:

пью фюфюлы на фуфу'
еду мальчиком в Уфу'
щекати меня судак
и под мы'шку и сюда
и'хи блохи не хоши'
пу'фы бо'же на матра'сс.

за бородатым бегут сутуленькие
в клети пугается коза
а с неба разные свистульки
картошкой сыпятся в глаза
туды сюды
да плеть хвоста
да ты да я
да пой нога
считает пальцами до ста
и слышит голос: «помогай»

обернулся парусом
лезет выше клироса
до месяца не долез
до города не дошёл

обнимались старушки плакали
замочили туфли лаковые
со свечой читали Лермонтова
влюбились в кого го то кавалера там

на груди у него солнышко
а сестра его совушка
волоса его рыжие

королеву прижили
может кушать рябчика
да и то только в тряпочке
у него две шашки длинные
на стене висят…
Господи Помилуй
свят свят свят

''— черти испугались молитвы и ушли из Гефсиманского сада, тогда самый святой
человек сказал: —''

здорово пить утрами молоко
и выходить гулять часа так на четыре
О человек! исполни сей закон
и на тебя не вскочит чирий.

ПОСЛУШАЙТЕ
сегодня например
какой то князь сказал своей любовнице:
 — иди и вырый мне могилу на Днепре
и принеси листок смаковницы —
Она пошла уже козалось в камыши
Но видет (!) князь (!) за ней (!) бежит (!)
кида'ет сумрачный ноган
к её растерзанным ногам
прости-прости я нехороший

раз 2 3 4 5 6 7 ……….
а сам тихонько зубы крошит
как будто праведный совсем

О человек! исполни сей закон
и на тебя не вскочит чирий
мотай рубашками в загон —
как говориться в притче:

 — плен духу твоему язычник
и разуму закопанная цепь —

''— за кулисами говорят шёпотом, и публика с трепетом ловит бабочку. Несут
изображение царя. Кто то фыркает в ладонь и говорит: блинчики. Его выводят -''

Выйди глупый человек
и глупая лошадь
на Серёже полаче
и на Володе тоже

стыдно совестно и неприлично
говорить блинчики
а если комната вдобавок девичая
то нужно говорить как-то иначе

''— Все удовлетворены и идут к выходу —''

ВСЕ

4 февраля 1926