Во тьме (Клодель/Козовой)

 
Вот я — здесь, а другой — там, и тишина страшна;
Бедные мы, двоих в решете трясёт Сатана.

Стражду я, и страждет другой, а меж нами разлука
От неё ко мне залегла во тьме без жеста, без звука.

Только чёреая, с двух сторон сообща, несообщающаяся ночь,
А в ночи тщета и прадность любви: ни отвлечься, ни превозмочь!

Вот я вслушиваюсь, я сижу, притаясь, и, тревогой истерзан дикой,
Разничаю будто голос её и подобие крика.

Дуновенье ловлю, ну а сердце в груди рваться готово на части.
Упаси её от смертных угроз, от Зверя и его пасти!

И опять этот привкус смерти, вязнувший на зубах,
Снова колики, корчи, рвотой подступающий страх.

Я той ночью в давильне был, я лозу топтал, дерзновенный,
Когда, смехом давясь, бродил и наталкивался на стены.

Сотворивший глаза — неужели без глаз не приметит меня?
Уши вылепивший — неужто без них меня не расслышит?

Знаю твёрдо, милость Твоя живит и то, что во грехе мертво.
Молись, душа: ныне пробил час Князя сего.