Записные книжки. Тетрадь I (1980/81—1982)
51.
«L'écume» — зеркало крушения всех моих надежд.[1]52.
Самая лучшая музыка, которая не сочинена, а услышана.[2]53.
Когда композитор слышит истинную музыку, он слышит голос Бога. Вероятно также великие святые в момент религиозного экстаза слышали Бога. Но едва ли он мог с ними разговаривать словом. [3]54.
В руках каких ужасных людей находится Музыка!.. И почему к этой самой прекрасной и возвышенной части человеческого духа прилипает столько дерьма?[4]55.
Кругом одна пустыня и ни одного человеческого голоса вокруг.[5]
56.
После «L'écume» я хотел написать ещё две оперы: «Мелкого беса» и «Мастера». «Мастера» никому, кроме меня нельзя трогать. Он ни у кого другого не получится. [6]57.
Стоило Альфу написать одно плохое сочинение (Квинтет), как его сразу же стали «двигать» и поддерживать. Но он всё равно очень хороший композитор.[7]58.
У Биргера от nu исходит свет. У Vian'а, когда Алиса скидывает платье, в комнате становится светло. У меня тоже весь свет (la lumiere — Licht — Light), не только в «Реквиеме», «L'écume» и Пушкине, окрашен нежностью прекрасного женского тела.[8]59.
Мне бы очень хотелось, чтобы «L'écume» ставил режиссёр типа Бергмана или Бонюэля, ибо сюрреализм «L'écume» — это не сюрреализм Дали, а что-то совсем другое, гораздо более глубокое и осмысленное.[9]60.
В постановке «L'écume» огромную роль должен играть свет. Эту оперу нельзя ставить на ровно (и спокойно) освещённой сцене.[10]61.
Нежность и доброта сейчас вымирают. Они уже никому не нужны.[11]62.
Шуберт бесконечно богат, нежен и неисчерпаем тоже (но в меньшей степени, чем Mozart).[12]63.
Серия — хороший организующий модуль, особенно в фактуре.[13]
64.
Надо быть Мастером.[14]65.
Символы смерти в «L'écume».[15]66.
Прослушал запись Рожд<ественского> «Мастера» (из Лондона). Какая это плохая музыка вне сцены. А в театре она производит (даже на меня) очень сильное впечатление[16]67.
Во Второй симфонии Альфа вся эстетика чисто свиридовская.[17]68.
«Волшебная флейта» — это вечно живая музыка. А «Воццек» всё-таки слишком связан со временем.[18]69.
В музыке Щ… нет ничего человечного. Он умён, техничен, но в его музыке нет самого главного, основного.[19]70.
Ритм смерти в «L'écume»[20]:
71.
Никто даже не представляет себе, в каких условиях мне приходится жить и работать.[21]72.
У «L'écume» будет очень трудная судьба.[22]73.
Все женщины, которым Пушкин посвящал такие прекрасные стихи, ничего не стоили. Это были обыкновенные вздорные и пошлые бабы, которых мы сейчас идеализируем (вслед за поэтом).[23]74.
В жизни моей нет никаких радостей — полный крах кругом.[24]75.
«La vie en rouge»[25] — «Не от моей ли крови вершина заалела?..». Сейчас самое время написать «La vie en noire»[26].[27]76.
Я хочу написать оперу такого же уровня, как «Pelleas» и «Wozzeck». Не знаю, удастся ли мне.[28]77.
Ничего красивого в смерти нет. Смерть отвратительна.[29]78.
Конструкция в «L'écume» близка «Реквиему». III акт — такая же кульминация всего, как и V часть «Реквиема». Всё действие «L'écume» напревлего к третьему акту, как первые четыре части «Реквиема» к V части.[30]79.
«L'écume» — памятник крушению всех моих надежд.[31]80.
Опера не должна быть «контрастно-составной» формой. Она должна быть цельной формой с тонкими и глубокими связями между деталями. В ней должно быть своё внутреннее членение, но ничего не должно быть «контрастно-составного».[32]81.
Введение любой цитаты должно быть оправдано и смыслово, и музыкально. Сейчас на этих цитатах все подряд спекулируют.[33]82.
В опере текст должен быть на уровне музыки.[34]83.
У Скрябина — выдуманные страсти.[35]84.
Я видел Трифонова вечером 10. III. и ни он, ни я не знали, что ему осталось жить всего 17 дней.[36]85.
Интонация даже в современной музыке должна быть естественной.[37]86.
Бывают сочинения, которые сразу же имеют успех и начинают много исполняться, но потом к интерес к ним гаснет, и их временная популярность становится не всегда понятной для последующих поколений (Мейербер, Пендерецкий)[38]; другие же сочинения — те, которые имеют истинную и непреходящую ценность, часто рождаются незамеченными и долгое время\ ждут того, чтобы их оценили по достоинмтву. Если заботиться о том, что сейчас имеет спрос и успех, очень легко добиться шумной и широкой популярности. Надо только учитывать рыночный спрос и делать подачки публике (которую очень легко обманывать).[39]87.
Булез из живых композиторов играет только тех, кто слабее его. [40]88.
Сейчас родится много сочинений, предназначенных для того, чтобы быть один раз сыгранными и затем навсегда исчезнуть.89.
Некоторые женщины несут в себе свет божественной красоты, но не ощущают и не понимают этого. К ним нельзя приближаться. При приближении вся эта хрупкость и странная красота исчезает.90.
«Живописью почему-то везде начинают концерты.»[41]91.
Дочь Жоливе, Кристина, говорила мне, что Мессьян богат, скуп и тратит много денег на саморекламу (покупает её). Жаль. Хотя его музыка подтверждает это. Она холодная, расчётливая и недобрая.[42]Шуберт был, по-видимому, очень добрым человеком.[43]
92.
Мелодика С. Прокофьева по неприятному деловита и лишена пластики и обаяния.[44]93.
Почему-то Глинка — самый лучший из русских композиторов — до сих пор не понят и не оценён. Его все уважают, но никто не знает и не исполняет. По-видимому, его время ещё не пришло.[45]94.
Прокофьев непрерывно «выслуживался» и всегда писал только то, что ему было выгодно и давало тот или иной приход.[46]95.
Почему все большие поэты несчастны?[47]96.
Дай мне Бог срок и силы, чтобы написать «Мастера». Я к этому готовлюсь ещё больше (и труднее), чем к «L'écume».[48]97.
Судьбы Н. Рославца — одна из самых трагических.[49]98.
Я очень люблю вокальные ансамбли, в которых всё слышно. Но это удавалось одному Моцарту.[50]99.
Важно и додекафонную мелодику сделать естественной. К этому мало кто стремился (быть может, временами — Л. Даллапиккола).[51]100.
С возрастом некоторые композиторы перестают усложнять свои задания, а исполнители не хотят учить трудные вещи. Это происходит со многими и это вполне естественно.[52]Примечания
- ↑ «Неизвестный Денисов», с. 40. См. также высказывание 79.
- ↑ «Неизвестный Денисов», с. 40.
- ↑ «Неизвестный Денисов», с. 40.
- ↑ «Неизвестный Денисов», с. 40.
- ↑ «Неизвестный Денисов», с. 40.
- ↑ «Неизвестный Денисов», с. 40.
- ↑ «Неизвестный Денисов», с. 40.
- ↑ «Неизвестный Денисов», с. 41.
- ↑ «Неизвестный Денисов», с. 41.
- ↑ «Неизвестный Денисов», с. 41.
- ↑ «Неизвестный Денисов», с. 41.
- ↑ «Неизвестный Денисов», с. 41.
- ↑ «Неизвестный Денисов», с. 41.
- ↑ «Неизвестный Денисов», с. 41.
- ↑ «Неизвестный Денисов», с. 41. В. Ценова комментирует: «Символы смерти сосредоточены преимущественно в III действии оперы «Пена дней». Помимо ритма смерти, о котором упоминает Денисов [I:70], это также — трезвучие c-moll, буквально обрушивающееся в кульминации сцены гибели Алисы (интермеццо между 12 и 13 картинами, т. 4). В опере есть и тембровая символика. Для воплощения лирических образов выбраны струнные инструменты, флейта, челеста, вибрафон, а для другого пласта (в том числе и для выражения образов смерти) используются иные тембровые краски — кларнет пикколо, низкие духовые, ударные инструменты (например, в сцене смерти Шика, 12 картина). Тема смерти в опере связана также с жанром хорала, звучащем в трёх кульминационных сценах: смерть и отпевание разбившегося конькобежца (2 картина), похороны Хлои (13 картина) и хор слепых девочек из приюта Юлиана Заступника, идущей по улице с песней о Христе (14 картина)...»
- ↑ «Неизвестный Денисов», с. 41. Один из примеров самокритики. Сюита из музыки к спектаклю в Театре на Таганке «Мастер и Маргарита» была впервые исполнена Геннадием Рождественским в Лондоне в декабре 1980 года.
- ↑ Это высказывание о симфонии Альфреда Шнитке, вероятно, квалифицированное как обидное, было исключено из публикации В. Ценовой.
- ↑ «Неизвестный Денисов», с. 41.
- ↑ Это высказывание было изъято в публикации Ценовой.
- ↑ «Неизвестный Денисов», с. 41. Ритм, на котором основана вся 12 картина оперы «Пена дней» — сцена смерти Шика. В. Ценова по не вполне понятным причинам переместила это высказывание после №72.
- ↑ «Неизвестный Денисов», с. 37.
- ↑ «Неизвестный Денисов», с. 41.
- ↑ «Неизвестный Денисов», с. 42.
- ↑ «Неизвестный Денисов», с. 42.
- ↑ «Жизнь в красном» (фр.)
- ↑ «Жизнь в чёрном» (фр.)
- ↑ «Неизвестный Денисов», с. 42.
- ↑ «Неизвестный Денисов», с. 42.
- ↑ «Неизвестный Денисов», с. 42.
- ↑ «Неизвестный Денисов», с. 42.
- ↑ «Неизвестный Денисов», с. 42. См. также высказывание 51.
- ↑ «Неизвестный Денисов», с. 43.
- ↑ «Неизвестный Денисов», с. 43.
- ↑ «Неизвестный Денисов», с. 43.
- ↑ «Неизвестный Денисов», с. 43.
- ↑ «Неизвестный Денисов», с. 43.
- ↑ «Неизвестный Денисов», с. 43.
- ↑ В публикации В. Ценовой слова в скобках заменены отточием.
- ↑ «Неизвестный Денисов», с. 43.
- ↑ В публикации В. Ценовой этот фрагмент изъят полностью.
- ↑ «Неизвестный Денисов», с. 43.
- ↑ В публикации В. Ценовой эта часть высказывания изъята полностью.
- ↑ «Неизвестный Денисов», с. 43.
- ↑ «Неизвестный Денисов», с. 44.
- ↑ «Неизвестный Денисов», с. 44.
- ↑ «Неизвестный Денисов», с. 44.
- ↑ «Неизвестный Денисов», с. 44.
- ↑ «Неизвестный Денисов», с. 44.
- ↑ «Неизвестный Денисов», с. 44.
- ↑ «Неизвестный Денисов», с. 44.
- ↑ «Неизвестный Денисов», с. 44.
- ↑ «Неизвестный Денисов», с. 44.
© Edison Denisov. Text. © Dmitri N. Smirnov. Introduction. Notes. Can be reproduced if non-commercial. © Эдисон Васильевич Денисов. Текст. © Дмитрий Н. Смирнов. Вступление. Примечания. Cвободное копирование допускается только в некоммерческих целях.
