Комментарий к Блейку
Песни опыта
Ответ ЗЕМЛИ / EARTH'S Answer
Второе стихотворение из «Песен Опыта» тесно связано с первым и составляет с ним миницикл: диптих. Это ответ Земли на призыв Барда. Из полного радости и счастья мира невинности мы попадаем в мир опыта — мир страха, ужаса, бед, ревности, жестокости, тьмы и отчаяния. Образ себялюбивого Бога-тирана, резко отличается от благостного Бога-Агнца «Песен невинности».
|
Попытаемся привести нечто вроде подстрочника:
|
Метро-ритм здесь весьма нерегулярен и трудно уловим. Иногда он допускает разные прочтения. Третья и четвёртая — самые краткие строки каждой из пятистрочных строф (двухстопный хорей / - /) — почти не подвергается вариации вплоть до последней пятой строфы. Здесь привожу одно из наиболее очевидных на мой взгляд способов ритмической декламации:
|
А. Ч. Суинберн в эссе «Уильям Блейк» (1868) писал: «...будучи ещё в подчинении у Творца человека, — ревнивого Бога, разделившего природу наперекор ей самой, Отца женщины и мужчины, законодателя пола и расы, — земля даёт неясный и горестный ответ, поскольку она всё ещё находится во власти сна и «её волосы покрыты серым отчаянием».
- «Заключив меня в тюрьму на водном берегу;
- Звездный Ревнивец сторожит моё логово;
- Замёрзшая и поседевшая,
- Проливая слёзы,
- Я слышу [голос] Отца древних людей.
Таким образом, по мнению поэта, Природа и Религия — две цепи, сковывающие жизнь, одна на правом запястье, другая — на левом; неясная материальная сила на одной руке, а на другой мрачный властный закон: закон божественной ревности, господство Бога, который плачет над своим творением и подчиняет его своими бесполезными слезами (unprofitable tears), а также правит, запрещая и разделяя: «Уризен» пророческих книг, одетый холодом и далёкого неба и ревнивых облаков. Здесь, как и всегда, это взывание как к свету, так и к праву [на свободу], призыв как против запретов, так и против мрака:
- Разве сеятель
- Сеет по ночам?
- И разве пахарь пашет во тьме?»
В своём комментарии Сэр Джеффри Кинс (1967)[1] пишет: «В ответ на призыв Барда во «Вступлении» Земля говорит, что она пленница Разума и ревнивого творца материального мира (которого впоследствии Блейк назвал Уризеном). Свободная любовь, олицетворяющая собой жизненную свободу, утрачена из-за грехопадения человека в Эдеме...»
А. Зверев пишет: «Развитие темы предыдущего стихотворения: волею Уризена мир окован цепями страха и зла, а Вечность подменена в нём конечностью времени и пространства».
Процитируем также комментарий А. Глебовской: ««Ответ Земли» является непосредственным продолжением и развитием «Вступления», однако пророческий оптимизм первого стихотворения сменяется во втором холодным отчаянием; «звёздный свод и берег вод» видятся Блейку тюрьмой, из которой нет выхода, где ревностно сторожит свою жертву «самовлюблённый Творец» — Разум, «цепями сковавший любовь», то есть естественное проявление чувств. Вместо традиционных библейских символов «Песен Невинности» здесь появляются образы, связанные с реальным, земным миром, а Бог из благостного, кроткого Агнца превращается в «Вечного Мучителя» — деспота и тирана. На место «радости», «юности», «света», «свободы» встают «страх», «седина», «ночь», «цепи»; завершается стихотворение призывом к Освободителю — Поэту, который должен силой слова разбудить поруганное Воображение».
Перевод В. Л. Топорова:
|
Более ранний перевод В. Л. Топорова:
|
Перевод С. А. Степанова:
|
Примечания
- ↑ William Blake. Songs of Innocence and of Experience. Ed., Introduction & Commentary by Sir Geoffrey Keynes. London: Oxford University Press, 1967
Ссылки
© Dmitri Smirnov. Can be reproduced if non commercial. / © Дмитрий Николаевич Смирнов. Копирование допускается только в некоммерческих целях.
