Зной этой ночи нарушил мой сонный регламент,
Розами сад был укутан до самого горла.
Всюду виднелся разрушенных теней орнамент,
Море дремучее тело и камни прибрежное тёрло.
Медленно плыл я, и «Даланд» стоял над волною,
Словно «Нарцисс», очарованный собственной тенью
Тёмные лавры томили меня и влекли за собою,
Лунные лилии их стерегли в отдаленье.
Я возвращался на родину новой дорогой.
Поднят с постели, томился и хмурился малость.
Отчая кровля казалась такой бесконечно далекой
Да и была ли она? Может быть, лишь вспоминалась?..