Лазурен, изумруден и лилов
     В закатный час, в багряности сусальной,
     О море, твой изменчивый покров,
     Порою — взвихренный, порой — зеркальный;
     В годину старости печальной
     Зову тебя в душе, простор морской, —

     Для капитанов и для моряков —
     Один причал в воде глубин стоячей,
     Где спят они, наперсники веков,
     Забвения и горькой неудачи.
     Лишь для немногих всё иначе,
     Когда взнесёт валы простор морской
     И прогремит о них за упокой.

     Я грежу... Море — попросту вода,
     Окованная сумрачным экстазом, —
     Он, как стихи, приходит иногда,
     Уходит вновь, послушен лунным фазам.
     Но если слушать — с каждым разом
     Бормочет всё ясней прибой морской:
     Он лишь отлива жаждет день-деньской.

     Что есть душа? Чему она дана,
     Дана ли вообще, по крайней мере?
     Тревожна мысль, но истина темна.
     В пустой простор отворены ли двери?
     О грёза, дай прийти мне к вере,
     Что если не внимать волне морской,
     То к сердцу снидут благость и покой.

     Вы, капитаны пролетевших лет,
     Вы, боцманы, — к которой смутной цели,
     Мелодии неведомой вослед
     Сквозь океаны кочевать посмели?
     Быть может, вам сирены пели,
     Но встречи не судил простор морской
     С сиренами — лишь с песней колдовской.

     Кто посылал вам из-за моря весть,
     Тот всё предвидел, несомненно зная,
     Что не один лишь зов богатства есть
     Для вас и не одна алчба земная,
     Но жажда есть еще иная —
     Желанье вслушаться в простор морской
     И вознестись над суетой мирской.

     Но если истину проведал я,
     Что суть одна и в вас и в океане,
     И мысль о вас — превыше бытия,
     А за пределом самой тайной грани —
     Душа, которую заране
     Вместить не в силах весь простор морской, —
     К чему томлюсь сомненьем и тоской?

     Пусть в аргонавта превратится дух,
     Пусть ноше древней я подставлю плечи
     И песне прежней мой внимает слух,
     Пусть донесутся звуки издалече
     Старинной португальской речи, —
     Её от века слышит род людской
     В извечном шорохе волны морской!