Мы — в этом мире превратном,
     Где и живем и творим, —
     Тени, подобные пятнам.
     Облики принадлежат нам
     В мире, который незрим.

     Грустная ложь камуфляжа —
     Мир, обступающий нас.
     Так и живём мы, бродяжа
     Маревом, дымкой миража
     Средь ненавистных гримас.

     Разве что с болью щемящей
     Некто порой различит
     В тени снующей, скользящей —
     Облик иной, настоящий,
     Тот, что от взора сокрыт.

     Зрящий пришёл к переправе,
     Зренье дающей уму, —
     Но не вернуться не вправе
     К прежней, томительной яви,
     Чуждой отныне ему.

     Ныне тоске неизбывной
     Он навсегда обречён,
     Связанный с истиной дивной,
     Но заточён в примитивной
     Смуте пространств и времён.