- Клубились тучи, ветер выл,
- и мир дышал распадом
- В те дни, когда мы вышли в путь
- с неомраченным взглядом.
- Наука славила свой нуль,
- искусством правил бред;
- Лишь мы смеялись, как могли,
- по молодости лет.
- Уродливый пороков бал
- нас окружал тогда —
- Распутство без веселья
- и трусость без стыда.
- Казался проблеском во тьме
- лишь Уистлера[1] вихор,
- Мужчины, как берет с пером,
- носили свой позор.
- Как осень, чахла жизнь, а смерть
- жужжала, как комар;
- Воистину был этот мир
- непоправимо стар.
- Они сумели исказить
- и самый скромный грех,
- Честь оказалась не в чести, —
- но, к счастью, не для всех.
- Пусть были мы глупы, слабы
- перед напором тьмы —
- Но черному Ваалу
- не поклонились мы,
- Ребячеством увлечены,
- мы строили с тобой
- Валы и башни из песка,
- чтоб задержать прибой.
- Мы скоморошили вовсю
- и, видно, неспроста:
- Когда молчат колокола,
- звенит колпак шута.
-
- Но мы сражались не одни,
- подняв на башне флаг,
- Гиганты брезжили меж туч
- и разгоняли мрак.
- Я вновь беру заветный том,
- я слышу дальний зов,
- Летящий с Поманока[1]
- бурливых берегов;
- «Зеленая гвоздика»[1]
- увяла вмиг, увы! —
- Когда пронесся ураган
- над листьями травы[1];
- И благодатно и свежо,
- как в дождь синичья трель,
- Песнь Тузиталы[1] разнеслась
- за тридевять земель.
- Так в сумерках синичья трель
- звенит издалека,
- В которой правда и мечта,
- отрада и тоска.
- Мы были юны, и Господь
- еще сподобил нас
- Узреть Республики триумф
- и обновленья час,
- И обретенный Град Души,
- в котором рабства нет, —
- Блаженны те[1], что в темноте
- уверовали в свет.
-
- То повесть миновавших дней;
- лишь ты поймешь один,
- Какой зиял пред нами ад,
- таивший яд и сплин,
- Каких он идолов рождал,
- давно разбитых в прах,
- Какие дьяволы на нас
- нагнать хотели страх.
- Кто это знает, как не ты,
- кто так меня поймет?
- Горяч был наших споров пыл,
- тяжел сомнений гнет.
- Сомненья гнали нас во тьму
- по улицам ночным;
- И лишь с рассветом в головах
- рассеивался дым.
- Мы, слава Богу, наконец
- пришли к простым вещам,
- Пустили корни — и стареть
- уже не страшно нам.
- Есть вера в жизни, есть семья,
- привычные труды;
- Нам есть о чем потолковать,
- но спорить нет нужды.[1]
|
