Первая публикация. "Стрэнд", рождественский номер 1920 г.
Если предположить, что опубликованный здесь рассказ и фотографии к нему прилагающиеся, выдержат критику, которую без сомнения вызовут на себя, нам придется признать, что в истории человеческого мышления открыта новая страница. Я выношу на суд широкой публики все полученные свидетельства, ожидая в конечном итоге получить взвешенное суждение, основанное на анализе всех аргументов "за" и "против". Что касается меня лично, то на вопрос, считаю ли я, что сущестование фей окончательно и неопровеждимо доказано, я предпочту ответить, что желая устранить последние сомнения, мне хотелось бы предоставить факты сторонним лицам для полного и беспристрастного исследования. В то же время я понимаю всю сложность, связанную с подобным исследованием, т.к. фактов немного, и получить новые подтверждения можно лишь при удачном стечении обстоятельств. Но даже за неимением полных и неоспоримых доказательств, как я полагаю, в результате тщательной проверки, нам следует признать, что получен первый, довольно наглядный прецедент. Я отдаю себе отчет, что немедленно пойдут разговоры о подделке, и это покажется убедительным для тех, кому не довелось знать людей, о которых пойдет речь, или бывать в этих местах. Что касается технической стороны вопроса, мы выслушали и приняли во внимание все, что могло быть сказано против подлинности фотографий. Снимки нужно рассматривать как единое целое, они или подлинны оба, или оба подложны. На данный момент времени обстоятельства свидетельствуют в пользу первой из высказанных версий, но в случае столь сенсационном, требуются полные и неопровержимые доказательства, которые позволят нам исключить любую возможность ошибки.
В мае этого года или около того, я узнал от Фелиции Скэчерд, дамы, хорошо известной в определенных научных кругах, о существовании двух фотографиий с изображениями фей, которые были выполнены на Севере Англии, при обстоятельствах, исключавших всякую мысль о сознательном мошенничестве. Это сообщение занитересовало бы меня в любом случае, но так уж случилось, что именно в это время я готовил статью о феях, ныне завершенную, и собрал уже огромное количество свидетельств от людей, уверявших, что им довелось встречаться с маленьким народом. Свидетельства эти были столь исчерпывающи и точны, и предоставлялись людьми с совершенно незапятнанной репутацией, что трудно было заподозрить фальсификацию. Но несмотря ни на что, как скептик по натуре, я искал нечто более осязаемое. позволяющее мне лично убедиться в том, что речь идет не о галлюцинации или обмане зрения, вызванных воображением и мечтами этих людей. Слухи о фотографиях вызвали мой глубокий интерес, и следуя шаг за шагом от одной дамы-информатора к другой, я наконец познакомился с мистером Эдвардом Л. Гарднером, который с названного времени стал моим самым незаменимым помощником в этом вопросе. Я хотел бы, пользуясь случаем, еще раз принести ему самую искреннюю благодарность. Стоит заметить, что мистер Гарднер, является членом Испольнительного комитета Теософского общества и хорошо известен своими лекциями о сверъестественном.
В тот момент у мистера Гарднера еще не было доступа ко всей сопутствующей информации, но он немедля предоставил в мое полное распоряжение все, что имел. Я уже видел копии фотографий, но был весьма обрадован, узнав, что он располагает подлинными негативами, и двое искушенных в своем деле профессиональных фотографа, в частности, мистер Снеллинг, чье ателье располагается по адресу 26 Бридж, Уэлдстоун, Хэрроу, уже исследовали их, и высказались, в конечном итоге, в пользу того, что обе фотографии были подлинными. Ниже вы найдете отчет самого мистера Гарднера, мне же остается добавить, что в это же время он встретился лично с семьей Карпентер и наладил с ней теплые, дружеские отношения. Как вы понимаете, имена и адреса действующих лиц в данном очерке изменены, это сделано, с целью оградить их звонков и писем, которые в противном случае, могли бы нарушить весь ход их жизни. В то же время, для небольшой комиссии, созданной специально для проверки поступивших сведений, мы охотно предоставим подлинную информацию - при условии, что имена и адреса этих людей никогда не будут разглашены. Сейчас же мы продолжим называть их Карпентерами из деревни Далесби, округ Уэст Райдинг.
Около трех лет назад, согласно полученным данным, дочь и племянница мистера Карпентера, одной из которых было 16, другой 10 лет, сумели сделать два снимка, первый из них летом, второй - в начале осени. Отец был настоен в этом вопросе весьма скептически, но дочь продолжала настаивать, что вдвоем с кузиной они сумели познакомиться и подружиться с лесными феями, и он в конечном итоге решил доверить ей одну пластинку, заранее вставленную в фотографический аппарат. В результате был получен снимок танцующих лесных духов, поразивший отца, который в тот же вечер взялся проявлять полученный негатив. Девочку, изображенную на снимке, которая взглядом показывает подруге по играм, что пора нажимать на кнопку затвора, зовут Алиса, это племянница мистера Карпентера, в то время как старшую девочка, (на второй фотографии она изображена вместе с весьма забавным гномом) - Айрис, его дочь. Они рассказали, что пришли в такой азарт, что в тот же вечер, когда отец взялся проявлять изображение, одна из них сумела протиснуться в фотокомнату, и увидев изображение фей, постепенно проявлявшееся от действия раствора, закричала второй девочке, от нетерпения скребущейся в дверь: "Ой, Алиса, Алиса, феи получились - они получились!" Действительно, это был настоящий триумф для детей, учитывая то, как часто взрослые недоверчиво улыбались в ответ на их рассказы - как и многие другие дети, правдиво рассказывавшие о том, что видели и слышали вынуждены были терпеть такое же отношение от окружающих, настроенных весьма скептически.
Отец старшей девочки работает на одной из местных фабрик, его репутация вне подозрений, да и вся семья известна и уважаема. О степени их образованности говорит тот факт, что мистер Гарднер легко нашел с ними общий язык, ввиду того, что миссис Карпентер была весьма начитана во всем, что касается теософии и многое почерпнула для себя из их учений. Их переписка с мистером Гарднером отличается честностью и открытостью, ими было даже выражено удивление по поводу того, что изложенные события могли вызвать общественный интерес.
Так обстояли дела на момент моей встречи с мистером Гарднером, но ясно было, что доказательств пока недостаточно. Мы должны были подвергнуть полученные данные самому строгому изучению. Негативы отправились в компанию "Кодак Ltd.", где двое экспертов не смогли выявить следов подделки, но в то же время, из осторожности отказались официально подтвердить их подлинность. Еще один фотограф-любитель, весьма, впрочем, искушенный в своем деле, отказался признать их подлинными, ссылаясь на то, что прически у крошечных дам слишком уж хорошо уложены и напоминают парижские. Еще одна фотографическая компания, имя которой я не называю из милосердия, заявила, что фоновый пейзаж без сомнения представляет собой декорацию и посему, не может быть и речи о подлинности снимков.
Я настоял на том, чтобы мистер Снеллинг, несмотря на то, что был непоколебимо уверен в подлинности фотографий, выполнил еще одну, более тщательную эксперизу, результат которой приводится ниже, и в качестве еще одного аргумента для самого себя, решил, что следует проверить, существует ли место, где были выполнены снимки - в последнем случае, у фотографа-любителя из маленькой деревни хватило бы умения и хитрости подделать негативы так, что фальсификацию не в силах оказались выявить лучшие лондонские специалисты.
Для того, чтобы окончательно прояснить этот вопрос, мистер Гарднер вызвался немедля отправиться в указанную деревню, и предоставить мне полный и исчерпывающий отчет об увиденном. С огромным удовольствием я бы присоединился к нему, но перед отъездом в Австралию, у меня было множество дел, не терпящих отлагательства. Отчет мистера Гарднера в дословном изложении гласил:
5 Крейвен роуд, Хардесден, Н.У. 10.
29 июля, 1920
В начале этого (1920) года, один из моих друзей сообщил мне о фотографиях с изображением фей, которые удалось получить на Севере Англии. Я навел некоторые справки, и в результате получил копии снимков, вместе с именами и адресами детей, которые, как считалось, были их авторами. Переписка, завязавшаяся между нами, носила характер столь искренний и наивный, что я отважился попросить одолжить мне на некоторое время негативы. Через несколько дней я получил по почте две фотопластинки - одну с достаточно четким отпечатком, вторую - бледную из-за недостаточной выдержки.
Негативы производили воистину ошеломляющее впечатление - на них не было никаких следов двойной экспозиции, наоборот, все говорило о том, что девочки добросовестно сфотографировали то, что видели. Я отправился в Хэрроу, чтобы там проконсультироваться со специалистом, обладающим 30-летним опытом в области фотографии, в чьей непредвзятости я мог быть полностью уверен. Без всяких объяснений, я передал ему пластинки и только после этого захотел узнать его мнение. Тщательно изучив негативы и изображениями фей, он разразился восклицаниями: "Никогда не видел ничего подобного! Однократная экспозиция! Фигурки двигались во время съемки! Просто невероянно, никаких следов подделки! Откуда это у вас?"
Стоит ли говорить, что увеличенные копии были подвергнуты самому тщательному изучению, но его первое впечатление осталось неизменным. Немедленно с каждого негатива были сделаны "позитивные" отпечатки, для того, чтобы не повредить ненароком оригиналы, были изготовлены улучшенные и более четкие негативные копии, должные в будущем должные послужить для печатания новых копий. Оригиналы негативов остались у меня, кроме того были изготовлены несколько улучшенных копий и стеклянных слайдов.
В мае во время лекции в Мортимер Холле, в Лондоне, я демонстрировал среди прочего и эти слайды. Лекция вызвала живой интерес, большей частью благодаря этим фотографиям и связанной с ними истории. Неделю спустя или около того, я получил письмо от сэра А. Конан Дойля, в котором он спрашивал об этих снимках, узнав о них, как я понял, от некоего общего знакомого. Вслед за тем мы встретились с сэром Aртуром, и в конечном итоге, я согласился поспешить с исследованием фотографий и их происхождения, и немедленно отправиться с визитом в деревню, вместо того, чтобы ждать до сентября, когда я намеревался отправиться на Север и по другим вопросам.
И вот наконец сегодня, 29 июля, я вернулся в Лондон из самой волнующей и удивительной поездки, какую только мне довелось предпринять!
Перед отъездом у нас было время, чтобы узнать мнение еще нескольких фотоэкспертов касательно подлинности негативов. Один или двое из этих спрошенных были настроены скорее скептически. При том, что никто не утверждал окончательно и бесповоротно, что фотографии поддельны, двое настаивали, что в условиях студийной работы способны воспроизвести нечто подобное с помощью раскрашенных фигурок и т.д. Предполагали, что девочка на первом снимке стоит за столом, на котором горой навален мох и листья папоротника, что поганка производит впечатление декорации, а на картинке с гномом, рука девочки ей не принадлежит, что слишком ровно затененный фон вызывает сомнения и т.д. Подобные мнения не следовало сбрасывать со счетов, и я отправился на Север, понимая, что должен лично провести нужные исследования, и взяв на себя роль беспристрастного наблюдателя, вынести окончательный вердикт в истинности или ложности поступивших сведений.
Путешествие растянулось надолго, но в конце его, я достиг старомодной деревушки в Йоркшире, нашел нужный дом и был радостно встречен миссис К. и ее дочерью А.(изображенной на снимке вместе с гномом). Обе задержались дома, специально чтобы встретить меня, мистер К., отец, пришел немного позднее.
Часть сомнений, высказанных профессионалами, я отмел немедля, после того как спустя полчаса после моего прибытия, посетил уютную маленькую долину, начинавшуюся сразу позади дома, сквозь которую бежал ручей. Именно здесь девочки видели фей и играли с ними. Я видел берег, на котором одна из них снялась стоя, без туфель и чулок; поганки, в точности такие как на фотографии, прочем не одну, а множество, причем весьма крупных размеров. Рука девочки? Она, смеясь, взяла с меня обещание не слишком об этом распространяться, слишком долго пришлось бы пояснять, что к чему! Я стоял на том самом месте, что видел на фотографиях и без труда узнавал каждую отпечатавшуюся на них деталь. Затем, в рамках взятого мной на себя расследования, я вошел в некоторые технические детали, которые привожу здесь ради полноты картины:
Использованная апааратура: четвертьпластиночная камера "Мидж". Пластинки: Империал Репид.
Фотография с феями: июль 1917. Жаркий и солнечный день. Около 3 часов пополудни. Расстояние: 4 фута. Выдержка: 1-50 секунды.
Фотография с гномом: сентябрь 1917. Также солнечный день, редкая облачность. Около 4 часов. Расстояние: 8 футов. Выдержка: 1-50 секунды.
А[йрис], возраст шестнадцать лет; ее кузине A[лисе] - десять. Девочки пытались сфотографировать фей еще несколько раз, но снимки получились с дефектами, пластинки выброшены прочь.
Цвета: Нежно-нежно зеленый, розоватый, лиловый. Цвета скорее видны на крыльях, чем на телах, последние белы до прозрачности. Гном, по описанию, был одет во что-то напоминающее черные обтягивающие рейтузы, коричнево-красную куртку, и красный остроконечный колпачок. Он размахивал парой флейт, зажатых в левой руке, и как раз собирался взобраться на колени к Айрис, когда Алиса нажала затвор.
Алиса, приехавшая в гости кузина, вскоре собралась домой, но Айрис уверяет, что они скоро встретятся снова и смогут "наделать еще снимков". К счастью, встреча эта состоится буквально через несколько недель и девочки обещают попробовать вполнить еще несколько фотографий. Айрис добавила, что хотела бы снять для меня фею в полете.
Мистер К. в своих объяснениях был краток и точен. Дочь как-то попросила у него разрешения взять фотоаппарат. В начале он отказал, но однажды в субботу, после обеда, зарядил камеру "Мидж" единственной пластинкой и отдал ее девочкам. Они вернулись менее чем через час, и попросили его немедленно проявить пластинку, потому что Айрис сумела "сделали фотографию". Он так и сделал, и к полной своей растерянности обнаружил на отпечатке фей!
Мистер К. уверенно подтвердил, что девочки отсутствовали очень недолго, прежде чем появиться с готовой фотографией.
Какими бы невероятными и поразительными не казались фотографии, в настоящий момент я непоколебимо уверен в их подлинности. Уверен, что любой, окажись он на моем месте, убедился бы в безукоризненной честности и простоте обеих девочек. Я не желаю добавлять к увиденному никаких собственных измышлений, кроме того, что для получения новых фотографий, обязательно требуются двое, и предпочтительно, чтобы это были дети - это необходимо, чтобы феи могли сделать видимыми свои эфирные тела. На этом я желаю поставить точку, для того, чтобы представленный отчет остался простым, и безыскусным изложением моего участия в перечисленных событиях.
Мне остается только добавить, что названная семья никогда не предпринимала ни малейших попыток привлечь к фотографиям общественное внимание, и никомим образом не несет ответственность, что история с фотографированием фей вышла наружу, также никогда не было сделано попыток извлечь из нее денежную выгоду.
ЭДВАРД Л. ГАРДНЕР
Я со своей стороны, хотел бы отметить, что девочки в разговоре с мистером Гарднером также упомянули, что феи отнюдь не повинуются их желаниям, и единственный способ "кликнуть" их, как девочки это называют - спокойно сидеть и ждать, призывая их только мысленно, затем, когда чуть слышный шелест и легкое движение в траве оповещают о прибытии, слегка наклонить голову, давая в то же время понять, что им рады. Также благодаря Айрис мы узнали о трубках в руке у гнома; ранее мы оба приняли их за изображение нижнего крыла, похожего на крыло мотылька. Она же добавила к своему рассказу, что когда шелест листьев в лесу на время затихал, можно было различить едва слышное высокое пение флейт. Возражение нескольких фотографов, что тени, отбрасываемые фигурками фей заметно отличаются от человеческих, следует отмести на том основании, что эктоплазма (как принято именовать эфирную протоплазму) излучает слабый свет, что с необходимостью должно было сказаться на тени.
К полному, и как мне кажется, совершенно убедительному отчету мистера Гарднера, мне хотелось бы с разрешения мистера Снеллинга, эксперта в области фотографии, процитировать его слова, сказанные по этому поводу. Мистер Снеллинг, человек проницательный и трезвомыслящий, оказал неоценимую услугу оккультым наукам, взяв на себя ответственность быть судьей в этом вопросе, и поручиться собственной профессиональной репутацией за подинность фотографий. В течение тридцати лет он выполнял многочисленные заказы фотографических компаний Аутотайп и Иллингворт, одной из крупнейших фирм в этой области, а также не раз блестяще доказывал свое мастерство, исследуя фотографии, выполненные как с натуры, так и методом салонной, трюковой съемки. Само предположение, что во всей Англии найдется специалист, который сумеет обмануть его с помощью поддельного фото, позабавило его от души. "Оба негатива - по его собственным словам, - без сомнения подлинны; выполнены при одной экспозиции, на открытом воздухе, фигурки фей двигались во время съемки. На фотографиях не обнаруживается ни малейших следов студийной работы - как то - использования картонных или бумажных моделей, затененного фона, раскрашенных фигурок и т.д. С моей точки зрения они представляют из себя неретушированные подлинники." Это мнение, вынесенное специалистом с огромным практическим опытом, поддерживается еще одним бепристрастным доказательством, свидетельствующим без сомнения в пользу подлинности снимков. Речь идет об исключительно важных для нашего случая дополнительных фотографиях с запечатленной на них долиной, где проводились съемки - тот самый пейзаж, который незадачливые критики поспешили объявить театрального вида декорацией. Огульное отрицание такого рода хорошо известно любому, кто посвятил себя оккультным наукам, пусть для широкой публики не столь очевидна его совершенная бессмысленность.
К сказанному мне хотелось бы добавить собственные выводы, которые я получил в результате долгого и добросовестного исследования обоих негативов под мощным увеличительным стеклом.
Первой среди прочего, мне хотелось бы упомянуть двойную флейту в руке у гнома. Заметим, что именно такие флейты предками постоянно ассоциировались с наядами и фавнами. Эти же флейты мы видим на обоих снимках - но если есть они, стоит ли отказывать маленькому народу в том, что у них могут быть и другие инструменты и орудия, нужные в повседневной жизни? На их одежду также следует обратить серьезное внимание. Полагаю, что с увеличением наших знаний и улучшенными технологиями видения, этот народ предстанет перед нами таким же реально существующим, как, например, эскимосы. Флейта в руках у феи украшена ободком, и это с убедительностью доказывает, что маленький народ вполне знаком с той красотой, что способно дарить искусство. И что за безраздельное счастье являют собой эти маленькие грациозные фигурки, забывшие обо всем в упоении танца! Быть может, в их жизни, как, впрочем, и в нашей, есть место страданиям и злу, но несмотря на все - что за дивная жизнерадостность запечатлелась на фотографии в этот момент.
Во-вторых, как показало наблюдение, лесные феи представляют собой нечто среднее между человеком и бабочкой, в то время как гном ближе по виду к мотыльку. Последниий вывод не окончателен, быть может, подобное впечатление создается из-за бледности кадра как следствия слишком короткой выдержки и стоявшей в тот день облачности. Вполне может оказаться, что малыш-гном принадлежит к тому же племени, при том, что он мужчина, и старше годами, в то время как резвящийся хоровод фей состоит из юных девушек. Впрочем, стоит заметить, что большая часть из тех, кому довелось видеть маленький народ вблизи, уверяли, что он разделяется на несколько совершенно разных типов, заметно отличающимся друг от друга ростом, внешностью, и местом обитания - как то, лесные феи, водяные феи, луговые феи, т.д.
Могут ли эти формы быть им сообщены воображением? То, что феи на фотографии практически идеально соответствуют нашему о них представлению говорит в пользу данной гипотезы. Но в то же время, они стремительно движутся, играют на музыкальных инструментах, - доказательства можно продолжать, но в этом случае, становится весьма затруднительно говорить о "воображаемости форм" - это предлагало бы скорее, размытость и смутность ощущений. В каком-то смысле, все мы есть "воображаемые формы", ведь воспринимать друг друга мы в состоянии только с помощью органов чувств, но эти маленькие фигурки, по всей видимости, столь же реальны и ощутимы, как мы сами, при том, что их телесные вибрации могут отличаться от наших собственных настолько, что различить их способны лишь взгляд ясновидящего или чувствительная фотографическая пластинка. Привычность их облика может также свидетельствовать в пользу того, что фей действительно видели на протяжении многих поколений, и в нашем представлении запечатлелся их реальный облик.
Необходимо также упомянуть еще один момент, на который обратил внимание мистер Гарднер. Нам стало известно, что Айрис - способная художница, и однажды выполнила несколько эскизов для местного ювелира. Конечно же, это вынуждает отнестись к делу с особой осторожностью, несмотря на то, что открытая и честная душа этой девочки, для всех, кто знаком с ней достаточно близко, как я понимаю, исключает любые сомнения. И все же, мистер Гарднер решил подвергнуть ее способности испытанию. При том выяснилось, что Айрис достаточно уверенно рисует пейзажи, но фигурки фей, которые она попыталась изобразить по памяти, выглядят безжизненно, блекло, и не имеют ни малейшего сходства с теми, что запечатлились на фотографии. Еще одно наблюдение, которое обязан был сделать внимательный наблюдатель, вооруженный лупой, заключалось в том, кажущееся нарисованным лицо, рядом с правой крайней фигурой, при ближайшем рассмотрении оказалось лишь локоном, выбившимся из прически, а отнюдь не карандашным наброском профиля, как можно было предположить с первого взгляда.
Я вынужден признаться, что даже несколько месяцев напряженных раздумий не привели меня к окончательному решению касательно того, к чему в дальнейшем могут привести события. Два вывода, притом, не подлежат сомнению. К рассказам детей следует подходить со всей серьезностью. Их также следует снабдить фотоаппаратурой, что вскорости будет сделано. Следующим шагом будет проверка правдоподобных случаев такого же рода. Маленький народ соседствует с нами постоянно, отличаясь от людей лишь незначительной разницей в вибрациях, и постепенно мы будет узнавать его все лучше. Сама мысль о его присутствии, пусть даже глаза неспособны различить ничего подобного, придаст дополнительное очарование каждому ручейку, каждой долине, и привкус романтики - любой загородной прогулке. Признание того, что они существуют на самом деле, вырвет разум людей двадцатого века из болота грязного и тупого стяжательства, в котором он привык прозябать, и вынудит нас поверить, что на свете есть чему удивляться и перед чем благоговеть. Сделав шаг по этому пути, мир однажды поймет, что не так уж трудно принять для себя спритические истины, подтвержденные фактами ясновидения, которые неоднократно, с полной убедительностью были ему представлены. Все это для меня совершенно ясно, и в том же время недостаточно. Когда Колумб молитвенно преклонил колена, ступив на берег американского континента, существовал ли пророк, способный окинуть взгядом все то, чем станет для нас новый континент, и какую роль сыграет он в судьбах человечества? Сейчас мы, вероятно, уже ступили ногой на побережье нового континента, с которым нас разделяют не океаны, но крохотные и вполне преодолимые проблемы развития ясновидения. С благоговением и страхом я ожидаю дальнейшего. Быть может, для этих маленьких созданий наша попытка проникнуть в их мир обернется страданием и новый Лас Касас[1] оплачет их беды! Если так, пусть будет проклят тот день, когда мир узнал об их существовании. Но провидение незримо присутствует в делах людей, и нам остается лишь верить и следовать его воле.
Примечания
- ↑ Бартоломе де Лас Касас (1484 — 17 июля 1566) - испанец, доминиканский монах, первый постоянный епископ Чиапаса (Мексика). Известен своими протестами против зверств колониальной администрации
© Zoe. Can be reproduced if non commercial. / © Zoe. Копирование допускается только в некоммерческих целях.
