XXXV. Г
Все чудовищности уродуют свирепую хватку Гортензии. Её уединенность — механика эротическая. Её утомленность — динамика любящая. Под присмотром детства она — в многочисленные эпохи — была пламенной гигиеной рас. Её двери распахнуты нищете. Там нравственность современного люда развоплощается в её страсть или власть. — О, трепет нещадный желторотых любвей на почве кровавой и в кислородном светле! найдите Гортензию.
Примечание
© Vadim Kozovoi. Translation. Can be reproduced if non commercial. / © Вадим Маркович Козовой. Перевод. Копирование допускается только в некоммерческих целях.
